ОНО СРЁТ НА КУХНЕ САНАТОРИЯ НОЧЬЮ — УЖАС ЛОСЯША

{"root":{"children":[{"children":[{"detail":0,"format":0,"mode":"normal","style":"","text":"Прошло 3 дня с того случая с роялем. Лосяш, этот рогатый интеллектуал с блокнотом за семь тысяч рублей, стоял на перроне вокзала Кисловодска и вдыхал воздух. Часы показывали 5:47 утра, 24 марта. Небо над горами только начинало розоветь, обещая день, полный пиздеца, хотя сам Лосяш об этом ещё не догадывался.\n\n— Отличное место, — пробормотал он, доставая свой драгоценный блокнот. — Санаторий «Запах леса». Запах хвои, блядь, реально ебейший\n\nОн записал аккуратным почерком:\n\n«24 марта, 05:47, перрон вокзала Кисловодск. Температура воздуха: +18°C. Влажность: 75%. Атмосферное давление: 750 мм рт. ст. — идеально. Санаторий пахнет хвоей. Соседей пока не видел. Надеюсь, питание будет нормальным. Копатыч перед отъездом спросил: \"А гуляш там дают?\" Надеюсь, его там блядь не будет»\n\nЛосяш поймал такси — белую Ладу Гранту с водителем, который всю дорогу матерился. Вид на горы, блядь, был реально отличный. Горы стояли такие величественные, что хотелось залезть на них и попить чай с чабрецом. Без сахара, блядь.\n\nЛосяш заселился в номер 317. Номер был уютным. Три кровати, застеленные белыми простынями, тумбочка с лампой, и огромное окно с видом на горы. На одной кровати сидела бабка с кошкой, на другой лежал дед с гармошкой.\n\n— Здрасьте, — сказал Лосяш, ставя чемодан.\n\n— Сынок, а ты не из телевидинья? — спросила бабка, чеша кошку за ухом, —Знакомая морда, блядь\n\n— Нет, я учёный, — ответил Лосяш.\n\n— Учёный, говоришь, — проворчал дед, садясь на кровати и доставая из-под подушки гармошку. — А гармошку любишь?\n\n— Я люблю тишину и порядок, — сухо ответил Лосяш.\n\nДед хмыкнул, растянул меха и заиграл. Кошка заорала дурным голосом и забилась под кровать бабки.\n\nЛосяш разложил свои вещи. Куча книг. Три блокнота и двенадцать ручек с карандашами и прочей канцелярией. Калькулятор. Секундомер. Чётки из можжевельника. Маленький портрет Эйнштейна, к которому Лосяш в минуты отчаяния обращался: «Альберт, блядь, помоги». Ну и прочая хуйня, на перечисление которой уйдут десять минут.\n\nОн лёг спать. Заснул под аккомпанемент гармошки, бабкиного храпа и кошачьего урчания. Ему снился Копатыч, который пытался разбить рояль кувалдой неадертальца, приговаривая: «ИДИ НАХУЙ, РОЯЛЬ! РОЯЛЬ — ГОВНО, БЛЯДЬ!»\n\nВ 7:30 утра Лосяш проснулся. Проснулся он не от будильника. Он проснулся от запаха. Это был запах, блядь, жареного лука, смешанный с запахом тушёного мяса, лаврового листа и ещё какой-то хуйни, которую Лосяш не мог идентифицировать. Эта хуйня пахла так, будто кто-то решил пожарить носки на сковородке.\n\n— Что за хуйня?.. — Лосяш сел на кровати, потирая глаза.\n\nЗапах проникал через щель под дверью, через вентиляцию, через окно. Он был везде. Он был внутри Лосяша.\n\n— Гуляш? — прошептал Лосяш, чувствуя, как холодный пот выступает на лбу. — Не может быть. Не может, блядь, быть.\n\nОн быстро оделся. Жилетка, штаны, копыта протёр тряпкой. Взял блокнот и пошёл на разведку.\n\nСтоловая была большой, светлой, с высокими потолками. Длинные столы, накрытые белыми скатертями. На окнах — герань. И запах. Запах гуляша, блядь, витал в воздухе.\n\nЛосяш взял поднос и подошёл к раздаче. За раздачей стояла повариха. Её звали тётя Зина. Лосяш узнал это позже, когда увидел табличку на её халате: «Зинаида Петровна. Если не нравится — идите нахуй».\n\nНа подносе оказалось:\n\n1. Гуляш. Тёмно-коричневая масса с жирными блестящими пятнами. В ней плавали куски того, что когда-то было мясом.\n2. Суп. В нём плавали огрызки лука, картошка и морковь, нарезанные топором, и макароны в форме букв, которые складывались в слово «ПИЗДЕЦ».\n3. Чай. Пакетированный чай в гранённом стакане. И в этот чай, блядь, уже положили сахар. Три ложки. Лосяш это понял, когда поднёс кружку к носу и почувствовал сладкую вонь.\n\nЛосяш сел за дальний столик, у окна. Рядом сидели старушки в халатах, которые жевали кашу и запивали нарзаном.\n\nОн поднёс ложку гуляша ко рту. Запах ударил в ноздри. Вкус, блядь… Как описать этот вкус? Это как будто кто-то насрал в кастрюлю, потом перемешал это говно ложкой, потом добавил лавровый лист для запаха и сказал: «А ничего так, съедобно».\n\nЛосяш чуть не выплюнул. Но он держался. Он — учёный. Он — интеллигент. Он не будет плеваться едой, как последний долбоёб.\n\nОн закрыл глаза и сделал глубокий вдох.\n\n— М-м-м, — сказал Лосяш тихо, почти шёпотом. — Как вкусно!\n\nОн закатил глаза. Театрально, но не слишком. Он медленно, с видом знатока, положил ложку обратно в тарелку и сделал вид, что жуёт.\n\n— М-м-м, — повторил он, кивая. — Очень вкусно. Спасибо.\n\nСтарушки заулыбались. Одна из них, с бородавкой на носу, сказала:\n— Внучёк, ты прямо как мой муж. Тот тоже всё нахваливает, а потом в сортир бегает.\n\nЛосяш вежливо улыбнулся и продолжил «есть». Он подносил ложку ко рту, делал вид, что кладёт её в рот, а потом незаметно опускал ложку обратно в тарелку. Ни кусочка не попало в его организм.\n\nЧерез пять минут он встал, взял поднос и направился к туалету. Туалет находился в коридоре, рядом с раздачей. Маленькая кабинка с табличкой «М» и рисунком члена на двери.\n\nЛосяш зашёл в туалет, закрылся на щеколду и выдохнул.\n\n— Пиздец, — прошептал он. — Просто пиздец.\n\nОн поставил поднос на бачок унитаза. Взял тарелку с гуляшом и перевернул над унитазом. Гуляш вывалился в воду. Он не тонул. Он, сука, лежал на поверхности воды. Жирные куски мяса плавали среди воды, перемешанной с подливкой. Лосяш взял ёршик и начал проталкивать. Гуляш сопротивлялся. Потом суп — такой густой, что пришлось мешать ёршиком минуты три. Потом чай — сладкая коричневая жижа ушла легко, оставив после себя сахарный налёт на фаянсе.\n\nЛосяш выпрямился, вытер руки о штаны и вышел из туалета. Пустые тарелки он отнёс на раздачу, вежливо улыбнулся тёте Зине и сказал:\n— Спасибо, мадам. Всё было замечательно.\n\nТётя Зина посмотрела на него подозрительно, но ничего не сказала.\n\nВ 12:30 был обед.\n\nЛосяш снова взял поднос. На этот раз — борщ, пюре с котлетой и снова чай с сахаром, чай с сахаром, блядь. Котлета настолько сухая, что ею можно заменить кирпич на стройке.\n\nЛосяш сел за тот же столик. Старушки уже ждали его с улыбками. Он снова начал спектакль.\n\n— М-м-м, — сказал он, поднося ложку ко рту. — Как вкусно. Какой насыщенный вкус. Я чувствую каждую нотку.\n\nОн закатывал глаза. Он кивал. Он делал вид, что жуёт. Но ни кусочка не попало в его организм.\n\nЧерез пять минут он встал с подносом и направился к туалету. Но на полпути он остановился. В туалете, блядь, была уборщица. Она мыла полы, и дверь была открыта. Лосяш видел её широкую спину в синем халате и ведро с тряпкой.\n\n— Блядь, — прошептал он. — Что делать?\n\nОн посмотрел на окно. Окно столовой выходило во двор, где отдыхали люди. Старушки на скамейках, деды с газетами, санаторные клумбы. Идеальное место для утилизации, если рассчитать траекторию.\n\nЛосяш подошёл к окну. Окно было открыто — проветривали после завтрака. Он оглянулся. Никого. Старушки ушли. Тётя Зина на раздаче что-то бухтела поварёнку. Уборщица в туалете.\n\nЛосяш взял тарелку с борщом, выглянул в окно. Внизу, метрах в трёх сидела группа отдыхающих. Если бросить аккуратно, еда улетит за кусты.\n\nОн замахнулся. Тарелка с борщом вылетела из окна. Она описала красивую дугу, блеснула на солнце и… приземлилась прямо на голову деду, который читал газету.\n\n— Ай, блядь! — заорал дед. — Свекла! У меня свекла на лысине!\n\nЛосяш быстро схватил тарелку с пюре и котлетой и выбросил следом. Котлета ударилась о скамейку, отскочила и попала в старушку с кошкой (не его соседку, а другую). Старушка заверещала. Кошка заорала.\n\nЛосяш выбросил чай. Кружка разбилась о бордюр. Осколки полетели в разные стороны.\n\n— Ой, — сказал Лосяш громко, выглядывая в окно. — Ой, я случайно. Рука дрогнула. Извините, пожалуйста.\n\nОн быстро отошёл от окна, и пулей вылетел из столовой.\n\nТётя Зина смотрела ему вслед. Её глаза сузились. Она ничего не сказала, но она запомнила.\n\nВ 16:00 был полдник. Яблоко и чай.\n\nЛосяш взял поднос. На подносе лежало зелёное яблоко и стоял гранёный стакан с чаем. Чай, как обычно, с сахаром.\n\nЛосяш сел за столик. Старушек не было — они ушли на процедуры. Он посмотрел на яблоко. Яблоко выглядело нормально. Но Лосяш уже не доверял этой ёбаной столовой. Если гуляш мог быть настолько хуёвым, то яблоко могло быть отравленным. Или червивым. Или оно могло быть муляжом, который использовали для декорации.\n\n— Нет, — прошептал Лосяш. — Я не буду это есть. Я не доверяю вам, суки.\n\nОн взял поднос, огляделся. Никого. Абсолютно никого. Тётя Зина ушла на кухню. Уборщица мыла полы в другом крыле.\n\nЛосяш быстро подошёл к мусорному ведру, которое стояло у входа в столовую. Ведро было пластиковое, белое с серыми элементами.\n\nЛосяш поднял крышку. Внутри лежали огрызки, кожура, какие-то тряпки. Он взял яблоко и бросил его в ведро. Яблоко глухо стукнулось о дно.\n\nПотом он взял гранёный стакан с чаем. Он хотел вылить чай, но стакан был стеклянный. Если бросить его в ведро, он разобьётся, и уборщица услышит.\n\nЛосяш осторожно опустил стакан в ведро, поставив его на дно, между огрызками. Чай не вылился. Он стоял в стакане, на дне мусорки, как памятник нелепости.\n\nЛосяш закрыл крышку, вытер руки, и покинул столовую.\n\nЧерез десять минут, уборщица — тётя Клава, подошла к мусорному ведру, чтобы выбросить тряпку. Она подняла крышку и увидела стакан с чаем и целое яблоко на дне.\n\n— Это что за хуйня? — громко спросила тётя Клава, доставая стакан. — Кто целый стакан в мусорку выбросил? С чаем, блядь?\n\nОна понюхала чай. Чай пах сахаром.\n\n— Это тот лось, — сказала тётя Клава сама себе. — Рогатый, с блокнотом. Я его видела. Он весь день ходит с этим ёбаным блокнотом и что-то пишет. И еду не ест. Я за ним следила.\n\nТётя Клава пошла на кухню и сказала тёте Зине:\n\n— Зина, там этот лось яблоко в мусорку выбросил. И стакан с чаем. Целый стакан, блядь, представляешь?\n\nТётя Зина отложила поварёшку. Её лицо стало каменным.\n\n— Я так и знала, — сказала она. — Я ещё с утра заметила, что он что-то не так делает. Он гуляш в унитаз вылил. Я видела жирный кусок мяса. А теперь — яблоко в мусорку. Следить за ним надо. С этого момента — слежка.\n\nТётя Зина и тётя Клава разработали план. Они будут дежурить по очереди. Одна следит за столовой, другая — за коридорами. Лосяш не должен выбросить ни кусочка.\n\nВ 19:00 был ужин.\n\nЛосяш вошёл в столовую и сразу почувствовал напряжение. Воздух был спокойным, слишком спокойным. Старушки ели кашу. Дед с гармошкой пил компот. Тётя Зина стояла на раздаче с каменным лицом. А в углу, у входа, сидела тётя Клава с вязанием. Она не вязала. Она смотрела на Лосяша.\n\nЛосяш взял поднос. На ужин давали: рыбу, гречку и снова чай с сахаром, блядь.\n\nЛосяш сел за столик. Он оглянулся. Тётя Клава следила. Тётя Зина следила. Старушки смотрели с подозрением.\n\n— М-м-м, — сказал Лосяш тихо. — Как вкусно.\n\nОн поднёс ложку ко рту, но не съел ни кусочка. Он делал вид. Он жевал воздух. Он закатывал глаза. Но внутри у него всё дрожало. Он чувствовал, что за ним следят. Он чувствовал, что эта утилизация пройдёт не так гладко.\n\nЧерез пять минут он встал с подносом. Тётя Клава тоже встала. Лосяш пошёл к выходу из столовой. Тётя Клава — за ним.\n\nЛосяш свернул в коридор. Тётя Клава — за ним.\n\nЛосяш подошёл к мусорному ведру. Тётя Клава остановилась в углу, делая вид, что рассматривает объявление «Осторожно, скользкий пол».\n\nЛосяш оглянулся. Тётя Клава стояла. Больше никого. Только она и Лосяш.\n\nЛосяш поднял крышку мусорного ведра. Тётя Клава не двигалась. Лосяш взял тарелку с рыбой. Тётя Клава не двигалась. Лосяш бросил рыбу в ведро. Рыба шлёпнулась на дно. Звук был громкий. Тётя Клава вздрогнула, но не подошла.\n\nЛосяш выбросил гречку. Потом стакан с чаем — на этот раз он вылил чай в ведро и бросил стакан следом. Стакан разбился. Тётя Клава сделала шаг вперёд.\n\nЛосяш закрыл крышку и быстро пошёл прочь. Тётя Клава подошла к ведру, открыла его и заглянула внутрь. Она увидела разбитый стакан, рыбу на огрызках, гречку, перемешанную с чаем.\n\n— Зина! — заорала тётя Клава на всю столовую. — Он опять! Рыбу в мусорку! Стакан разбил!\n\nТётя Зина выбежала из-за раздачи. Она подбежала к ведру, заглянула внутрь и прошипела:\n— Где он?\n\n— В туалет пошёл, — сказала тётя Клава. — Я видела, как он свернул в туалет.\n\nЛосяш действительно забежал в туалет. Он заскочил в кабинку, закрылся на щеколду и сел на унитаз. Сердце колотилось. Рога тряслись.\n\n— Блядь, — прошептал он. — Блядь, блядь, блядь. Она видела. Она всё видела.\n\nЛосяш достал из кармана книжку по квантовой физике. Он начал листать её, пытаясь успокоиться. На страницах были: уравнение Шрёдингера, принцип неопределённости Гейзенберга, всё то, что помогало ему расслабиться в минуты стресса.\n\nЛосяш начал читать. Но руки тряслись. Книжка выпал из рук. Она упала на пол, отскочила и… плюхнулась в унитаз.\n\n— НЕТ! — заорал Лосяш, но было поздно. Квантовая физика плавала в унитазе, впитывая воду, чернила расплывались, формулы превращались в разноцветные кляксы. — Моя книга, блядь! Там, сука, было описание квантовой гравитации, блядь!\n\nНо Лосяшу было уже не до науки. За дверью послышались шаги. Тяжёлые, уверенные шаги тёти Клавы. Она подошла к мусорному ведру в коридоре и начала громко бухтеть:\n\n— И что это за отдыхающие пошли? Раньше люди еду ели, благодарили, а теперь — в мусорку? Стаканы бьют? Этот лось рогатый, я его запомнила. Он ещё у меня попляшет. Я его из-под земли достану, блядь!\n\nЛосяш замер. Он сидел на унитазе, не дыша. Шаги приближались к туалету. Тётя Клава остановилась у двери.\n\n— Эй, есть кто? — спросила она, стуча в дверь — Ты это, лось, ты там? Я знаю, что ты там. Выходи давай, поговорим.\n\nЛосяш молчал. Он зажал рот копытом, чтобы не издать ни звука.\n\nТётя Клава подёргала дверь. Закрыто.\n\n— Открывай, заведующую позову! — пригрозила она.\n\nЛосяш молчал. Он вжался в угол кабинки, стараясь стать маленьким, невидимым.\n\nТут раздался другой голос. Тёти Зины.\n\n— Клава, иди сюда. Посмотри, что я нашла в мусорке.\n\nТётя Клава отошла от двери. Лосяш выдохнул. Но расслабляться было рано.\n\nОн услышал, как женщины шепчутся. Потом тётя Клава сказала громко:\n\n— Кто может срать в такое время? Во время ужина? Я открою ключом.\n\nЛосяш услышал звон ключей. Его сердце остановилось. Потом снова забилось, но уже где-то в районе задницы.\n\n— Блядь, — прошептал он. — Блядь, блядь, блядь!\n\nОн посмотрел по сторонам. Кабинка была маленькой. Унитаз, бачок, ёршик. И вентиляционная решётка на стене. Маленькая, квадратная, размером с туловище Лосяша.\n\nЛосяш не думал. Он рванул к решётке. Копытами отодрал её от стены. За решёткой была тёмная шахта вентиляции, ведущая куда-то вверх.\n\nЛосяш залез в шахту. Он втиснул своё тело в узкое пространство, рогами вперёд, блокнотом наружу. Вентиляция была пыльной.\n\nОн услышал, как ключ поворачивается в замке. Дверь открылась. Тётя Зина вошла в туалет.\n\n— Ну, где ты там, лось ёбаный? — сказала она, заглядывая в кабинки.\n\nЛосяш смотрел на неё через вентиляционную решётку. Он видел её. Он видел, как она открыла кабинку, где он только что сидел.\n\n— А это что? — сказала тётя Зина, наклоняясь.\n\nОна вытащила из унитаза мокрую книжку по квантовой физике. Страницы были разбухшие, чернила расплылись, но на обложке ещё можно было прочитать: «Квантовая физика для чайников».\n\n— Это его, — сказала тётя Зина. — Лося. Он здесь был. Но где он сейчас?\n\n— Ну и хуй с ним, — сказала тётя Клава, выходя из туалета.\n\nЛосяш остался в вентиляции. В темноте. В пыли. В сырости. И с осознанием того, что он проиграл первый раунд.\n\nОн сидел в вентиляционной шахте ещё час, слушая, как тётя Клава моет полы в коридоре. Она бухтела, ругалась, называла его «рогатым пидором» и «учёным мудаком». Лосяш молчал. Он боялся чихнуть. Он боялся дышать.\n\nКогда шаги стихли, Лосяш понял, что вылезать нельзя. Тётя Зина сказала, что запрёт мусорку. Тётя Клава будет дежурить. Ему придётся ночевать здесь.\n\nОн залез глубже в вентиляцию. Шахта расширялась, образуя небольшое пространство между этажами. Там было темно, пыльно и холодно. Но Лосяш нашёл место, где можно было лечь. Он свернулся калачиком, положил под голову блокнот и укрылся жилеткой.\n\nОн не спал. Он слушал, как вентиляция гудит, как где-то далеко играет гармошка, как кошка царапается в дверь.\n\nПотом он достал блокнот и написал в темноте, почти не глядя, кривым почерком:\n\n«24 марта, 23:47. Вентиляция санатория \"Запах леса\", между первым и вторым этажом. Температура: +12°C. Влажность: 80%. Давление: 735 мм рт. ст., книжка по квантовой физике утонула в унитазе. Уборщица тётя Клава обнаружила в мусорном ведре разбитый стакан с чаем и яблоко, которые я выкинул полчаса назад. Повариха тётя Зина и уборщица тётя Клава начали слежку. В 19:30 я был обнаружен в туалете. Книжка по квантовой физике утонула в унитазе. Сам я залез в вентиляцию. Клава говорила про меня вслух. Она знает мои приметы. Она хочет меня поймать.»\n\nЛосяш закрыл блокнот, положил его под голову и закрыл глаза. Вентиляция гудела. Где-то мкошка. А где-то на первом этаже тётя Зина и тётя Клава пили чай с сахаром и обсуждали, как поймать ёбаного лося.","type":"text","version":1}],"direction":null,"format":"","indent":0,"type":"paragraph","version":1,"textFormat":0,"textStyle":""}],"direction":null,"format":"","indent":0,"type":"root","version":1}}